Захар

Khonani mbili, nahone dzoṱhe dza takuwa nga tshifhinga tshithihi. Nganeapfufhi—iṅwe ya dzine nda dzi vhumba nḓilani.

Кольцо любой планеты состоит из миллиардов отдельных льдинок и камней. Сплошным оно кажется только издалека — как асфальт с самолёта.

Arali hu si na u fhisa, muṱavha u bvaho muyani u thoma wa dzula kha tsimbi. Ndi ngazwo zwiṱitshi zwo ṱutshelwaho kha nganea dza saintsi zwi tshi dzula zwo fukedzwa nga murotho—nahone ndi ngoho.

Contrail a si vhutsi, fhedzi ndi mufhiso wo ṱanganaho. I ḓo ni vhudza zwinzhi nga ha u ṱamba ha muya u fhira tshishumiswa tshiṅwe na tshiṅwe tshi re kha tshikepe.

Первым сдаётся не бетон, а кровля. Стоит потечь крыше — и здание съедает вода, а не время.

Сто девяносто два лазера сошлись в одной точке — и энергии вышло больше, чем вложили. Первый раз в истории.

Каждая «крупинка» — конвекционная ячейка размером с целую страну. Живёт она минут восемь и опускается обратно.

В центре камеры на долю секунды становится жарче, чем в ядре звезды. Держится это состояние меньше, чем моргает глаз.

Внутри — топливо для термоядерной реакции. В такую капсулу целятся сто девяносто два лазера сразу, и промах меряют микронами.

Всё это — дорога для света. Лазерный импульс живёт здесь наносекунды, а разгоняют его сооружением размером с квартал.