Захар

Кык ёрт, и кыкнанныс ӧтпырйӧ лэччисны. Неыджыд висьт — ӧти, мый ме лӧсьӧда туй кузя.

Кольцо любой планеты состоит из миллиардов отдельных льдинок и камней. Сплошным оно кажется только издалека — как асфальт с самолёта.

Без отопления влага из воздуха садится на металл первой. Поэтому в фантастике заброшенные станции всегда в инее — и это правда.

Контраиль — абу дым, а конденсируйтӧм пар. Сійӧ висьталас тіянлы воздухлӧн шоныдлун йылысь унджык, чем борт вылын кутшӧмкӧ инструмент.

Медводз жугалö абу бетон, а крыша. Крышаыс кӧ кутас лэччыны, стрӧйбасӧ жугӧдӧ ва, а оз кад.

Сто девяносто два лазера сошлись в одной точке — и энергии вышло больше, чем вложили. Первый раз в истории.

Каждая «крупинка» — конвекционная ячейка размером с целую страну. Живёт она минут восемь и опускается обратно.

В центре камеры на долю секунды становится жарче, чем в ядре звезды. Держится это состояние меньше, чем моргает глаз.

Внутри — топливо для термоядерной реакции. В такую капсулу целятся сто девяносто два лазера сразу, и промах меряют микронами.

Ставыс тайӧ — югыдлань туй. Лазер импульс татчӧ олӧ наносекундъясӧн, а сійӧс ӧдйӧджык нуӧдӧ карса блок ыджда структура.